«Для того чтобы разделить с кем-то эмоцию, я должен быть с ним в каких-то отношениях«, – говорит Вивиан Пуусепп, исследователь теоретической философии в Тартуском университете. Это означает, что близость людей влияет на чувства, которыми они делятся, и наоборот. Образно говоря, человек может завязать дружбу, рассказав анекдот новому коллеге, но чаще он пойдёт рассказывать анекдот коллеге, которого уже считает другом.
В новом исследовании Пуусепп интересовал психологический механизм, с помощью которого люди делятся своими чувствами. «Я смотрю на то, как самостоятельное переживание эмоции, например, грусти или гнева, отличается от переживания её совместно с кем-то», – объясняет она. Исследователя также интересовало, какова должна быть структура разделяемой эмоции и что вообще значит делиться чувствами.
Вместе плакать можно далеко не с каждым
По словам Вивиан Пуусепп, о разделении эмоций можно говорить в двух смыслах. «Во-первых, мы делимся эмоциями с другими, когда переживаем что-то вместе», – говорит Пуусепп. Например, чувствами могут делиться люди, находящиеся в схожей роли: коллеги, студенты или молодые матери. Точно так же люди делятся эмоциями по особым случаям: например, радость в день рождения или скорбь на похоронах. Во-вторых, по словам Пуусепп, мы можем говорить об обмене эмоциями в том смысле, что один человек рассказывает другим о том, что он чувствует.
В новом исследовании Пуусепп особенно интересовал первый тип обмена. «Мне хотелось знать, как разделённые эмоции возникают в общих ситуациях. В основном я рассматриваю случаи, когда люди взаимодействуют друг с другом, находясь в одном помещении, так сказать, лицом к лицу».
По ее словам, есть основания полагать, что существует нечто фундаментальное в механизме, который позволяет разделять чувства в ситуациях «лицом к лицу». «Он лежит в основе обмена эмоциями в более широком смысле, например, групповых эмоций, возникающих в социальных сетях», – отмечает исследователь.
По ее словам, разделение чувств не означает, что несколько человек испытывают одно и то же. «Здесь вступает в игру более сложный социально-эмоциональный механизм», – отмечает она. В своей статье исследователь утверждает, что, с одной стороны, социальные отношения влияют на то, делятся ли люди чувствами и каким образом они это делают. С другой стороны, обмен эмоциями влияет на социальные отношения между людьми.
Первая половина этого тезиса предполагает, что между людьми уже существуют какие-то отношения. «Есть эмоции, которыми я делюсь, например, только с членами семьи или друзьями, но не со случайными знакомыми или незнакомцами», – объясняет Пуусепп.
Некоторые исследования показывают, что люди разделяют эмоции в разной степени, в зависимости от степени близости. «Философы подробно проанализировали известный пример, когда мать и отец стоят у тела своего ребёнка и переживают общее горе», – говорит она. В этом примере ни один посторонний человек не сможет так глубоко разделить переживание этого чувства.
Однако, по словам Пуусепп, отчасти исследования показывают, что люди подражают чувствам других в зависимости от предыдущих отношений. «Например, если незнакомец улыбается мне, я, скорее всего, улыбнусь в ответ. Однако если незнакомец сердито нахмурится, я, как правило, отвернусь и не захочу разделять с ним эту негативную эмоцию«, – поясняет она.
Вторая половина тезиса Пуусепп заключается в том, что, делясь чувствами, люди могут строить или укреплять свои отношения. На этом же принципе основаны упражнения на сплочение коллектива, используемые в рабочих коллективах. «Например, вы пытаетесь вместе решить интересную или сложную задачу. Этого достаточно, чтобы сплотить людей, потому что вы можете разделить целый спектр эмоций, от тревоги до триумфа», – говорит она.
Кто ждёт совместных выходных?
Чтобы было легче говорить о разделении чувств научным языком, Вивиан Пуусепп также предлагает в статье пару новых терминов. «В психологии принято различать базовые эмоции, такие как радость, грусть, гнев, страх, отвращение и удивление, и социальные эмоции, такие как вина, смущение, стыд и ревность», – перечисляет она. В то время как базовые эмоции можно испытывать в одиночку, социальные эмоции предполагают, что человек имеет какие-то отношения с другими людьми.
«Я привожу несколько иную классификацию. На самом деле мы можем испытывать каждую эмоцию как в одиночестве, так и в социальных ситуациях», – говорит исследователь. В своей работе она различает чувства в зависимости от ситуаций, в которых они испытываются. Таким образом, их можно разделить на одиночные (solitary emotion) и социально-отношенческие (social-relational emotion), то есть переживаемые вместе.
«Мы можем представить себе две ситуации. Если маленький ребёнок находится один в своей комнате перед сном и боится темноты, то это одиночная эмоция», – объясняет исследователь. Однако, когда в спортивном лагере дети всей комнатой рассказывают друг другу страшные истории перед сном, страх, вызванный этими историями, является примером социально-отношенческой эмоции. «С другой стороны, если два человека, которые поссорились, кричат друг на друга, это социальная эмоция, но мы не можем сказать, что она совместная«, – добавляет Пуусепп.
В связи с этим возникает вопрос о том, при каких условиях люди испытывают общие чувства. «Я думаю, что разделение эмоций – это особый случай социально-отношенческих эмоций», – говорит Пуусепп. Для того, чтобы эмоция стала действительно общей, отношения между людьми должны быть одним из существенных фоновых условий.
«Допустим, Юку и Мари разделяют радость от наступления выходных», – метафорически объясняет исследователь. Радость действительно будет разделенной, когда Юку и Мари взаимодействуют друг с другом, и при этом они чувствуют одно и то же по отношению к одной и той же цели – выходным. В глазах обоих выходные – это нечто приятное. Кроме того, они оба ценят отдых и свободное время.
При этом, добавляет Пуусепп, если бы Юку и Мари не заботились о своих отношениях, они бы вообще не стали делиться своей радостью, а чувствовали бы её сами по себе. «Мы в любом случае очень социальные существа. Если отношения важны для нас в каком-то смысле, мы стремимся поделиться своими чувствами друг с другом«, – отмечает исследователь.
Старое оружие политтехнологов
Люди разделяют самые разные чувства. Например, в конфликтной ситуации они могут вместе испытывать гнев, возмущение или печаль. «Мы разделяем негативные чувства с теми, кто одновременно находится на одной стороне с нами«, – объясняет Вивиан Пуусепп.
Объяснить этот обмен помогает такая область исследований как феноменология эмоций. Она занимается, в том числе, такими вопросами, как аффективная тональность, сопровождающая ту или иную эмоцию. «Оказывается, какой бы эмоцией мы ни делились, аффективная тональность этого обмена всегда положительная», – говорит Пуусепп.
Другими словами, люди могут поделиться, например, страхом или гневом, но при этом чувствовать, что сам процесс обмена был приятным или освобождающим. «Чем интенсивнее эмоция, лежащая в основе обмена, тем более интенсивной может быть позитивная близость от обмена чувствами«, – отмечает исследователь.
Рассматривая общие чувства более широко, Пуусепп отмечает, что людям не всегда нужно видеть других членов группы, чтобы поделиться эмоциями. «Один из примеров – футбольные фанаты по всему миру. Их миллионы, и я вижу очень малую их часть. Но когда я смотрю матч по телевизору, я как будто разделяю общее чувство со всеми ними», – говорит она. Подобным образом человек может ощущать, например, чувство партийной или национальной принадлежности.
С практической стороны знания о позитивном эффекте обмена общими чувствами используют, например, политтехнологи. «Один из известных приёмов, который часто используется, заключается в том, что политики начинают возбуждать определенные эмоции: страх, гнев, разочарование«, – рассказывает Пуусепп. Часто это делается путём создания некоего внешнего врага, против которого людей подстрекают выступать.
По словам исследователя, это очень эффективный способ сплотить людей и заставить их следовать за тобой – но он также может способствовать радикализации. «Экстремистские движения, как правило, объединяют людей, которые разделяют крайние, разрушительные настроения», – говорит она. К сожалению, рациональные аргументы в этом случае становятся бессильными: «Когда на карту поставлена социальная идентичность и принадлежность людей, эмоциональный мозг, который первичнее мыслительного, берет верх».
Чтобы не попасть в эмоциональную ловушку, Пуусепп советует читателям время от времени спрашивать себя, какие чувства объединяют их с той или иной группой. «Если я разделяю ненависть или нетерпимость какой-то группы к людям, которые отличаются от меня, то да, я испытываю чувство связи с этой группой. В то же время я лишаю себя возможности ощутить большее единство с человечеством в целом«, – говорит она.
Исследователь предлагает, напротив, искать ситуации, когда общие чувства помогают создать что-то новое. «Возможно, они связаны с какими-то общими увлечениями и интересами? Тогда я смогу разделить энтузиазм и радость от того, что мы что-то строим, а не разрушаем», – размышляет она.
Исследование Вивиан Пуусепп о совместных эмоциях и социальных отношениях было опубликовано в журнале Philosophical Psychology.
Источник информации и перевод на русский язык: Nauka.ERR.ee